Судебная практика по гражданским делам за 2019 год

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ

1. Ответственность за вред, причиненный имуществу граждан взрывом бытового газа, происшедшем в жилом помещении, правомерно возложен на газоснабжающую организацию.

В силу ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

В соответствии с п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 апреля 1994 г. N 3 «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья» источником повышенной опасности надлежит признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и иных объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами. Имущественная ответственность за вред, причиненный действием таких источников, должна наступать как при целенаправленном их использовании, так и при самопроизвольном проявлении их вредоносных свойств.

Разрешая спор и удовлетворяя иск П. к газоснабжающей организации о возмещении материального вреда, причиненного взрывом, а затем пожаром, происшедшим в квартире З., суд первой инстанции исходил из того, что владельцем источника повышенной опасности является газоснабжающая организация, подававшая газ в квартиру З.

Согласно заключениям экспертиз, проведенных в рамках уголовного и гражданского дел, непосредственной причиной пожара (взрыва) явилось воспламенение газовоздушной смеси бытового газа с воздухом от открытого источника огня — пламени горящей спички.

В происшедшем взрыве вины газоснабжающей организации, а также вины З., в квартире которой произошел взрыв, установлено не было.

Система газоснабжения в доме была исправна, газовое оборудование в квартире, занимаемой З., находилось в исправном состоянии. З. была проинструктирована о безопасном использовании газового оборудования, что подтверждается материалами дела.

Суд кассационной инстанции, отменяя данное решение и принимая по делу новое решение об отказе в иске, указал на то, что владельцем источника повышенной опасности является гражданин, которому газ фактически был передан.

При этом суд кассационной инстанции исходил из того, что к отношениям, связанным со снабжением через присоединенную сеть газом, применяются правила о договоре энергоснабжения (ч. 2 ст. 548 Гражданского кодекса Российской Федерации). В свою очередь, как указал суд кассационной инстанции, в соответствии с ч. 5 ст. 454 ГК РФ к договору энергоснабжения применяются положения о купле-продаже.

Поскольку согласно ч. 1 ст. 458 ГК РФ обязанность продавца передать товар покупателю считается исполненной в момент вручения товара покупателю, предоставления товара в распоряжение покупателя, то по общему правилу, в силу ст. 223 ГК РФ З., как собственник всего газового оборудования, находящегося в квартире, приняла газ и считается его владельцем.

С выводом суда кассационной инстанции согласился и президиум краевого суда.

Между тем судом кассационной инстанции, а также президиумом краевого суда при рассмотрении дела была допущена ошибка при определении природы договора, заключенного между газоснабжающей организацией и З.

Так, суд кассационной инстанции и президиум краевого суда исходили из того, что между сторонами был заключен договор купли-продажи.

Однако исходя из смысла действующего законодательства, в том числе Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 31 марта 1999 г. N 69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации», Федерального закона от 26 марта 2003 г. N 35-ФЗ «Об электроэнергетике», Постановления Правительства Российской Федерации от 5 февраля 1998 г. N 162 «Об утверждении Правил поставки газа в Российской Федерации», можно сделать вывод, что между газоснабжающей организацией и З. был заключен не договор купли-продажи, а договор на оказание услуг — предоставление газа для использования для бытовых нужд, в котором З. выступала в качестве потребителя (абонента) газа, а не как его покупатель и соответственно не могла стать его владельцем.

Так, ст. 2 Федерального закона «О газоснабжении в Российской Федерации» раскрывает такие понятия, как поставщик и потребитель газа: поставщик (газоснабжающая организация) — это собственник газа или уполномоченное им лицо, осуществляющие поставки газа потребителям по договорам; потребитель газа (абонент, субабонент газоснабжающей организации) — юридическое или физическое лицо, приобретающее газ у поставщика и использующее его в качестве топлива или сырья.

Данный Федеральный закон, являясь специальным законом, определяющим правовые, экономические и организационные основы отношений в области газоснабжения, не рассматривает газ как предмет купли-продажи между поставщиком и абонентом (в данном случае гражданином).

Федеральный закон «Об электроэнергетике» также квалифицирует передачу электроэнергии на энергопринимающие устройства потребителя как услугу (ст. ст. 3, 26 Закона).

Кроме того, п. 2 ст. 543 ГК РФ устанавливает, что в случае, когда абонентом по договору энергоснабжения выступает гражданин, использующий энергию для бытового потребления, обязанность обеспечивать надлежащее техническое состояние и безопасность энергетических сетей, а также приборов учета потребления энергии возлагается на энергоснабжающую организацию.

В силу п. 3.1.1 Правил безопасности в газовом хозяйстве ПБ 12-368-00, утвержденных постановлением Госгортехнадзора Российской Федерации от 26 мая 2000 г. N 27 (в редакции от 9 сентября 2002 г.), организация, эксплуатирующая объекты газового хозяйства, обязана выполнять комплекс мероприятий, включая систему технического обслуживания и ремонта, обеспечивающего содержание газового хозяйства в исправном состоянии, и соблюдать требования указанных Правил.

Согласно письму Министерства строительства Российской Федерации от 15 апреля 1997 г. N 01-13-100 «О состоянии технической безопасности при эксплуатации бытовых газовых приборов» все работы по обслуживанию, ремонту, надзору за газовыми приборами и газопроводами в жилых домах проводятся предприятиями и организациями, входящими в состав Российского государственного предприятия по организации газификации и газоснабжения.

Поскольку доказательств того, что З. были нарушены Правила пользования газом в быту, суду представлено не было, в силу ст. 1079 ГК РФ ответчик должен нести ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности — газом.

При таких обстоятельствах, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определение судебной коллегии по гражданским делам краевого суда и постановление президиума краевого суда в части, касающейся исковых требований П., отменила и дело направила на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определение N 51-В06-54

2. Вынужденный характер непроживания собственника в принадлежащей ему квартире не является основанием для освобождения его от обязанности своевременно вносить плату за это жилое помещение.

Из материалов дела усматривается, что З.В., З.М., их совершеннолетняя дочь и внук зарегистрированы в спорном жилом помещении. Право собственности на эту квартиру в равных долях принадлежит З.В. и З.М.

В спорный период плату за содержание и сохранение квартиры, а также за коммунальные услуги З.В. не вносил. Оплату за квартиру в полном объеме производит З.М. Данное обстоятельство установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела и сторонами по делу не оспаривалось.

Отказывая в удовлетворении исковых требований о возмещении убытков, причиненных невнесением платы, суд первой инстанции исходил из того, что в спорный период З.В. не пользовался квартирой и коммунальными услугами помимо своей воли, так как истцами ему чинились препятствия в пользовании квартирой, истцы пользовались всей квартирой, злоупотребляя своим правом. Суд первой инстанции также указал, что истцами пропущен срок исковой давности по заявленным требованиям.

Отменяя решение районного суда, суд кассационной инстанции указал, что не может служить основанием для отказа в удовлетворении исковых требований то обстоятельство, что ответчик в течение длительного времени не пользуется квартирой в связи с чинимыми истцами препятствиями, и в обоснование своего вывода сослался на положения ст. 249 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отменяя определение суда кассационной инстанции и оставляя в силе решение суда первой инстанции, президиум городского суда руководствовался п. 1 ст. 10 ГК РФ, не допускающей действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах, и исходил из того, что суд первой инстанции правильно отказал в удовлетворении заявленных требований, поскольку ответчик был лишен возможности пользоваться спорной квартирой в результате препятствий, чинимых ему истцами, злоупотребления истцами своими правами в отношении данной квартиры. Президиум суда также указал, что к возникшим между сторонами правоотношениям ст. 249 ГК РФ применяться не может.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации состоявшиеся по делу судебные постановления отменила, дело направила на новое рассмотрение в суд первой инстанции, указав следующее.

В соответствии со ст. 249 ГК РФ каждый участник долевой собственности обязан соразмерно со своей долей участвовать в уплате налогов, сборов и иных платежей по общему имуществу, а также в издержках по его содержанию и сохранению.

Как следует из приведенной нормы, законодатель прямо возлагает на собственника — участника долевой собственности обязанность нести расходы по содержанию общего имущества и исполнение такой обязанности не ставит в зависимость от осуществления собственником права пользования таким имуществом. Участие каждого из сособственников в расходах по общему имуществу в соответствии с его долей является обязательным, и данное правило, закрепленное в названной выше норме, носит императивный характер, в связи с чем неприменение ее судами первой и надзорной инстанций при рассмотрении настоящего дела основано на неправильном толковании закона (ст. 249 ГК РФ).

В силу изложенного суд кассационной инстанции пришел к правильному выводу о том, что вынужденный характер непроживания З. В. в спорной квартире не является основанием для освобождения его от обязанности по внесению квартирной платы в соответствии со своей долей. Кроме того, как правильно указал в своем определении суд кассационной инстанции, собственник вправе требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения (ст. 304 ГК РФ). Таким образом, З.В. вправе был требовать устранения всяких нарушений со стороны истцов его права собственника в отношении спорной квартиры.

Вместе с тем, удовлетворяя требования истцов о возмещении понесенных ими расходов, в том числе и на оплату коммунальных услуг, суд кассационной инстанции не учел, что закон хотя и возлагает на собственника квартиры обязанность нести расходы по данному имуществу, но наличие заслуживающего внимание обстоятельства (каковым применительно к настоящему делу является чинение истцами препятствий З.В. в пользовании квартирой) может являться основанием, освобождающим собственника (в данном случае З.В.) от обязанности оплачивать коммунальные платежи за услуги, которыми он вынужденно не пользовался.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил также из того, что истцами предъявлены требования за пределами срока исковой давности. Однако решение суда в данной части в нарушение требований ст. 198 ГПК РФ не мотивировано.

Суд не установил начало течения срока исковой давности по заявленным требованиям. Истцами заявлены требования о возмещении убытков за разные периоды времени, начиная с 1992 года по декабрь 2000 года. Срок платы за ответчика расходов на содержание квартиры суд не устанавливал.

Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В соответствии с п. 2 и 3 данной статьи по обязательствам, срок исполнения которых не определен либо определен моментом востребования, течение исковой давности начинается с момента, когда у кредитора возникает право предъявлять требование об исполнении обязательства, по регрессным обязательствам течение исковой давности начинается с момента исполнения основного обязательства.

Данные требования закона при рассмотрении дела судом первой инстанции учтены не были.

Прокуратура Ханты-Мансийского автономного округа-Югры

Бюллетень судебной практики по гражданским делам за 3 квартал 2018 года

Бюллетень судебной практики по гражданским и административным делам за 3 квартал 2018 года

1. Судебная практика по искам органов прокуратуры

В случае выявления земельного участка, загрязнённого нефтепродуктами, прокурор вправе заявить исковые требования о разработке проекта рекультивации, однако ставить вопрос о возложении обязанности рекультивировать земельный участок возможно только после разработки организацией указанного проекта.

Судом первой инстанции частично удовлетворен иск Ханты-Мансийского межрайонного прокурора в интересах РФ к ООО «РН-Юганскнефтегаз» об обязании разработать проект и произвести рекультивацию земель, расположенных на территории Нефтеюганского лесничества.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам суда ХМАО-Югры решение Нефтеюганского районного суда оставлено без изменения.

На основании Приказа Минприроды Российской Федерации и Роскомзема от 22.12.1995 № 525/67 рекультивации подлежат земли, нарушенные при складировании и захоронении промышленных, бытовых и других отходов. При этом, рекультивация проходит в два этапа: технологический и биологический.

Согласно пункту 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» указано, что возмещение вреда может осуществляться посредством взыскания причиненных убытков и (или) путем возложения на ответчика обязанности по восстановлению нарушенного состояния окружающей среды (статья 1082 Гражданского кодекса, статья 78 Закона об охране окружающей среды).

Смотрите так же:  Арбитражный суд рб официальный сайт

Следовательно, возмещение вреда в натуре в виде рекультивации нарушенных земель будет способствовать прекращению распространения загрязнения на новые территории, находящиеся рядом, и предотвращению создания пожарной ситуации на указанных землях.

Поскольку проект восстановительных работ, получивший положительное заключение государственной экологической экспертизы, на 2018-2019 годы отсутствует, истец правомерно просил суд обязать разработать указанный проект, в силу того, что проведение рекультивации в его отсутствии запрещено действующим законодательством.

Вместе с тем, суд указал, что рекультивацию земельного участка возможно провести только в соответствии с разработанным проектом рекультивационных работ.

Органы прокуратуры вправе требовать в судебном порядке аннулирования разрешения на право хранения и ношения огнестрельного оружия психически больных граждан.

Прокурор г.Мегиона обратился с административным исковым заявлением в интересах неопределенного круга лиц к гражданину К. об аннулировании разрешения на право хранения и ношения огнестрельного оружия.

В ходе проверки исполнения законодательство об обороте оружия прокуратурой города выявлено, что гражданин К. в 2015 году оформил соответствующее разрешение и приобрёл 2 охотничьих ружья.

Впоследствии, в мае 2018 года К. в связи с возникновением психического заболевания был поставлен на учёте врача психиатра.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судом автономного округа, исковые требования прокурора удовлетворены.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы К., судебная коллегия суда ХМАО-Югры указала, что в соответствии с п. 3 ст. 26 Федерального закона от 13.12.1996 № 150-ФЗ «Об оружии» лицензии на приобретение, а также разрешения на хранение или хранение и ношение оружия аннулируются органами, выдавшими эти лицензии или разрешения, в том числе в случаях возникновения обстоятельств, исключающих возможность получения лицензий и разрешений либо вынесения судебного решения о лишении гражданина соответствующего специального права, об аннулировании лицензии и (или) разрешения.

На основании п. 9 ч. 20 ст. 13 указанного Федерального закона лицензия на приобретение не выдается гражданам Российской Федерации, состоящим на учете в учреждениях здравоохранения по поводу психического заболевания, алкоголизма или наркомании.

В силу п. 1 раздела 1 постановления Правительства РФ от 19.02.2015 № 143 «Об утверждении перечня заболеваний, при наличии которых противопоказано владение оружием, и о внесении изменения в Правила оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации» в перечень заболеваний, при наличии которых противопоказано владение оружием, входят психические расстройства и расстройства поведения.

Установление у гражданина прямого противопоказания к владению оружием безусловно свидетельствует о создании непосредственной угрозы для безопасности граждан, пресечение которой органами прокуратуры необходимо для реализации основных принципов Федерального закона от 13.12.1996 № 150-ФЗ «Об оружии» и направлено на обеспечение охраны жизни, здоровья и имущества граждан, защиты их прав и законных интересов, а также защиты интересе общества и государства.

2. Судебная практика по жилищным спорам

При расселении из приспособленных для проживания строений, расположенных на территории ХМАО-Югры по Программе «Обеспечение доступным и комфортным жильем жителей Ханты-Мансийского автономного округа — Югры в 2017 — 2020 годах», не все граждане не соответствующие условиям программы, подлежат выселению.

Администрация г. Нижневартовска обратилась в суд к У. о выселении из строения, приспособленного для проживания, указав, что последний не является участником принятой Правительством округа программы «Обеспечение доступным и комфортным жильем жителей Ханты-Мансийского автономного округа — Югры в 2017 — 2020 годах», так как в 2015 году произвел отчуждение принадлежащей ему недвижимости, в то время как занимаемая им постройка подлежит ликвидации.

Спорное строение в реестре муниципального имущества отсутствует, к жилым помещениям не относится, правоустанавливающие документы у ответчика на строение отсутствуют, следовательно, ответчик использует спорное строение без законных оснований.

Суд первой и апелляционной инстанции пришли к мнению об отказе в удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

В соответствии с правилами о прописке (Положение о паспортной системе в СССР от 28.08.1974, Постановление Совета Министров СССР от 1974 года № 678 «О некоторых правилах прописки граждан») на каждого гражданина возлагалась обязанность получать от административных органов разрешение на проживание или нахождение в избранном месте, то есть разрешительный характер прописки исключал возможность прописки в жилом помещении без законных оснований.

Является общеизвестным факт того, что в период строительства городов на территории автономного округа предприятиями для временного проживания своих работников (до улучшения жилищных условий) возводились балочные городки, в которых устанавливались жилые вагончики, сборные конструкции, получившие общее название «балки».

У. в балке поселка УТТ-2 г. Нижневартовска зарегистрирован и проживает по месту жительства с 1989 года по ходатайству работодателя – руководства УТТ.

Иного жилого помещения, кроме спорного балка, он не имеет. Дом, полученный им в порядке наследования от матери, он продал за небольшие деньги, так как он находился в заброшенном поселке, где нет дорог и связи.

Оценив доказательства в совокупности, суд пришел к выводу о том, что регистрация У. в балке в 1989 году свидетельствует о законности его вселения и проживания. Факт отчуждения принадлежащего ему на право собственности в порядке наследования жилого помещения не является безусловным основанием для прекращения правоотношений по пользованию балком и выселения.

Вопрос об участии ответчика в вышеуказанной Программе по расселению, соответствии или несоответствии ответчика условиям Программы юридически значимым для данного спора не является.

3. Судебная практика по делам о восстановлении на работе.

В случаях подачи работниками заявлений об увольнении по собственному желанию, работодатель не вправе без согласия работника уволить его ранее двухнедельного срока, установленного ст. 80 Трудового кодекса РФ.

Решением Мегионского городского суда от 20.02.2018 отказано в удовлетворении искового заявления о восстановлении на работе работника Муниципального молодежного автономного учреждения «Старт», уволенного по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ по собственному желанию в связи с выходом на пенсию.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ истец не представил достоверных и достаточных доказательств, подтверждающих вынужденность увольнения по собственному желанию в отсутствие добровольного волеизъявления. Поскольку истец намеревался выйти на пенсию, прекращение трудовых отношений на следующий день после подачи заявления об увольнении по собственному желанию в связи с выходом на пенсию является правомерным.

Вместе с тем, расторжение трудового договора с истцом произведено без учета требований ст. 80 ТК РФ, согласно которым работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении. При этом сокращение 2-недельного срока отработки в одностороннем порядке не допускается.

Приняв решение об увольнении со дня, следующего за днем подачи заявления на увольнение, работодатель нарушил законное право истца отозвать свое заявление, что прямо предусмотрено ч. 4 ст. 80 ТК РФ.

Гарантии, закрепленные в ч. 3 ст. 81 ТК РФ, предполагающие возможность увольнения до истечения срока предупреждения, в том числе при увольнении в связи с выходом на пенсию, обязывают работодателя расторгнуть трудовой договор в срок, указанный в заявлении работника. Соответственно, возможность увольнения до истечения срока предупреждения при данных обстоятельствах является правом работника, выходящего на пенсию, а не обязанностью работодателя.

Поскольку истцом в заявлении конкретной даты увольнения не указано, оснований для увольнения до истечения срока предупреждения у работодателя не имелось.

Указанные обстоятельства явились основанием для отмены решения Мегионского городского суда судебной коллегией по гражданским делам суда округа апелляционным определением от 05.06.2018 и восстановления работника в прежней должности.

4. Судебная практика по делам о лишении родительских прав.

При рассмотрении дел о лишении родительских прав суд обязан установить обстоятельства спора и оценить полноту исполнения родительских обязанностей даже в случае признания стороной исковых требований.

Решением Сургутского городского суда от 23.04.2018 удовлетворены исковые требования отца несовершеннолетних детей о лишении их матери родительских прав.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из наличия заявления ответчика о признании исковых требований. В решении указано, что обстоятельств, препятствующих лишению родительских прав судом не установлено.

Вместе с тем доказательства того, что признание иска ответчиком не нарушает интересы несовершеннолетних детей, а также виновного поведения ответчика в решении суда отсутствуют. Из решения не усматривается, исследовал ли суд обстоятельства, являющиеся основанием для лишения родительских прав, исчерпывающий перечень которых содержится в ст. 69 Семейного кодекса Российской Федерации, и нашли ли они свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Кроме того, мнение детей по вопросу лишения матери родительских прав в решении суда не отражено, что не согласуется с нормами ст. 57 Семейного кодекса Российской Федерации.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам суда округа от 04.09.2018 решение Сургутского городского суда от 23.04.2018 отменено, принято новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований о лишении родительских прав.

5. Судебная практика Верховного суда Российской Федерации

Положения ч. 1 ст. 45 ГПК РФ наделяют прокурора правом на обращение в суд в интересах многодетных граждан о защите прав на бесплатное приобретение земельного участка для индивидуального жилищного строительства вне зависимости от возраста, состояния здоровья и дееспособности граждан.

Прокурором г. Урая предъявлено исковое заявление в интересах многодетной матери Эралиевой М.М. о признании права состоять на учёте лиц, желающих бесплатно приобрести земельные участки для индивидуального жилищного строительства, и восстановлении в очереди согласно её положению на момент необоснованного снятия с учёта (на 29.12.2012).

Определением Урайского городского суда от 10.10.2017, оставленным без изменения апелляционным определением суда округа от 19.12.2017, производство по делу прекращено на основании ст. 220 ГПК РФ.

Определением суда автономного округа от 03.04.2018 в передаче кассационного представления прокуратуры округа для рассмотрения Президиумом суда ХМАО-Югры отказано.

Разрешая исковые требования, суды первой, апелляционной и кассационной инстанций пришли к выводу об отсутствии у органов прокуратуры полномочий на предъявление указанного иска, поскольку спорные правоотношения вытекают из земельного законодательства и не касаются социальных прав граждан. Соответственно, при рассмотрении дела подлежат применению общие положения ч. 1 ст. 45 ГПК РФ, предоставляющие прокурору право на обращение с иском в интересах гражданина только в случае, если гражданин в силу возраста, состояния здоровья или недееспособности не может самостоятельно обратиться в суд.

На основании представления прокуратуры автономного округа Генеральной прокуратурой РФ 13.06.2018 в Верховный Суд РФ внесено кассационное представление об отмене указанных судебных постановлений.

Определением Верховного Суда РФ от 09.10.2018 № 69-КГПР18-12 указанное кассационное представление удовлетворено, определение Урайского городского суда от 10.10.2017 и апелляционное определение суда ХМАО-Югры от 19.12.2017 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда РФ указано, что спор связан с реализацией многодетной семьёй предусмотренного законодательством права на получение социальной поддержки, в связи с чем требование прокурора в защиту интересов Эралиевой М.М. предъявлено в соответствии с ч. 1 ст. 45 ГПК РФ.

Уважаемые посетители!

В соответствии со статьёй 10 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» в органах и учреждениях прокуратуры разрешаются заявления, жалобы и иные обращения, содержащие сведения о нарушении законов.

Генеральная прокуратура
Российской Федерации

Генеральный прокурор

Заместители Генерального прокурора

О Генпрокуратуре России

Международное сотрудничество

Взаимодействие со СМИ

Правовое просвещение

Генеральная прокуратура
Российской Федерации

Генеральная прокуратура
Российской Федерации

Телефон справочной по обращениям
в Генеральную прокуратуру
Российской Федерации:

Судебная практика по гражданским делам

Нормативные акты

28 декабря 2018, 15:01

27 декабря 2018, 15:46

11 декабря 2018, 10:53

Постановления
Европейского Суда
по правам человека

14 декабря 2018

04 декабря 2018, 11:03

  • Руководство
  • Структура
  • О Генпрокуратуре России
  • Документы
  • Международное сотрудничество
  • Взаимодействие со СМИ
  • Правовое просвещение
  • Контакты
  • Личная страница Генерального прокурора РФ
  • Защита прав ветеранов
  • Виртуальный музей
  • Интернет-приемная
  • Единый реестр проверок
  • Противодействие коррупции
  • Правовая статистика
  • Карта сайта
  • Научно-методические материалы
  • Вакансии
  • Совет ветеранов ГП РФ
  • Экспертный совет по цифровой трансформации органов прокуратуры
  • Телефон справочной по обращениям
    в Генеральную прокуратуру
    Российской Федерации:
  • +7 495 987-56-56

Генеральная прокуратура
Российской Федерации

© 2003-2019 Генеральная прокуратура Российской Федерации Все права защищены

Телефон справочной по обращениям
в Генеральную прокуратуру
Российской Федерации:

© 2003-2019
Генеральная прокуратура
Российской Федерации
Все права защищены

Судебная практика по гражданским делам

Гражданское право регулирует имущественные отношения и относящиеся к ним неимущественные. Отношения рассматриваются непосредственно между гражданами, между юридическими лицами и государственными органами, которые возникают, прекращаются или меняются на основании соглашений между сторонами. Исходя из определения, можно сделать вывод, что гражданское право охватывает огромный спектр человеческих взаимоотношений. Изучение обзоров судебных дел демонстрирует, что большее число проведенных судебных дел связано с гражданскими спорами.

Суть и понятие системы гражданского права

Сфера гражданского права включает в себя целый комплекс институтов, норм права и отраслей, которые однотипные, взаимосвязанные и взаимозависимые между собой, при этом образующие единое целое. В глобальном плане гражданское право можно разделить на две основные системы: институционную и пандектную.

Смотрите так же:  Пенсия в армении возраст

Институционная система берет начало от римских институций и означает комплекс правил и норм, которые регулируют определенную сферу жизни или деятельности. Примирительно к гражданско-правовым отношениям в этой системе важны три основных элемента: субъект, объект и связанные между ними правовые отношения.

Пандектная система представляет собой классификацию и четкое структурирование римских источников частного права. Тотальная (пандектная) систематизация римских норм была проведена правоведами в Германии. Немецкие юристы выполнили кропотливую работу по структурированию правовых норм и провели обзор судебной практики по гражданским делам того времени. Важной особенностью этой системы считается четкое разделение норм процессуальных и материальных, вещных прав и обязательственных. Такая систематизация стала базой для развития правовой системы во многих государствах, она же составляет основу российского законодательства. Современная система гражданского права отделяет Общую часть, в которой указаны предписания общего толка от Особенной. В ней изложены тонкости гражданско-правовых норм и их специфика.

Система отраслей гражданского права

Профилирующая отрасль — гражданское право.

Специальная отрасль — обеспечивают специализированный режим правоприменения для всех видов общественных отношений и процессуальные нормы для рассмотрения в суде: земельные дела, жилищные дела, семейные дела, экологические дела, предпринимательские и прочие.

Процессуальная отрасль — позволяет организовать судебную защиту, в нее входят арбитражное процессуальное право и гражданское процессуальное право.

Исковое производство по гражданским делам

Гражданское право охватывает огромную сферу отношений, поэтому судебная практика по гражданским делам наиболее объёмная и разносторонняя. В судопроизводстве наиболее многочисленные споры возникают именно по гражданским делам. Универсальным видом гражданского судопроизводства является исковое производство. Его характерная особенность заключается в юридическом равенстве сторон с противоположными интересами по материально-правовым вопросам. Субъекты права, являющиеся участниками конкретного гражданского дела, получают возможность и право на отстаивание своих интересов, нарушенных прав или свобод в судебном процессе, основанном на принципах состязательности. Опираясь на обзор судебных процессов по гражданским делам, можно прийти к выводу, что чаще всего в таких делах отражается материальная или экономическая составляющая. Субъекты права обладают широким спектром прав и определенных обязанностей во время состязательного доказывания своих интересов. Используют все возможности особых гражданских институтов для достижения необходимого им результата. Суть использования гражданско-правовой состязательности можно изложить так: истец — ответчик, иск — встречный иск, между ними возможность разрешения конфликта посредством мирового соглашения. Несмотря на многовековую традиционность такого подхода, на его доктринальную и тщательную нормативную проработку, он остается предметом критики со стороны представителей юридической науки. Институт искового производства также вызывает множество дискуссий ввиду несовершенства, как не обеспеченный достаточной регламентацией и вызывающий множество коллизий. Изучение и обзор научных трудов по этой тематике демонстрирует весомые аргументы научной точки зрения. Пока судебная практика по гражданским делам опирается на те институты, которые прописаны в действующем законодательстве.

Судебная практика по гражданским делам

Процессуальные действия по гражданским вопросам начинаются с возбуждения гражданского дела на основании искового заявления стороны, считающей себя потерпевшей в нарушении гражданских прав и свобод. Участниками процесса могут быть граждане, также юридические лица, субъектами процесса могут быть и органы государственной власти или их представительства на местах. Для истца гражданский процесс начинается фактически в момент регистрации искового заявления, а для ответчика гражданский спор возникает во время получения заявления по иску из суда. Совместно с исковым заявлением ответчику передаются материалы по делу, поданные и подписанные истцом. Важно, что материалы по делу готовят сами субъекты процесса, основанного на принципах состязательности и выступают, как равноправные стороны. Хотя некоторые граждане ошибочно полагают, что сбором доказательств занимается суд. У суда иная роль, не предполагающая никакой активности в процессе. Суду отводится роль стороннего беспристрастного наблюдателя. Процессуальная истина определяется судом на основании тех фактов, которые активные участники процесса, то есть стороны, смогли или захотели предоставить. Решение суда получает статус законного. Сразу после оглашения и это решение в юридическом смысле будет считаться истиной, даже если в объективной реальности это не так. В трудных ситуациях, когда судья не может определиться с точным решением, он может приостановить заседание до выяснения новых обстоятельств по делу. Основанием для пересматривания судебных решений могут быть вновь открывшиеся обстоятельства по делу. Обжалованию подлежат любые решения принятые окончательно или еще не принятые, а находящиеся в процессе решения, то есть не вступившие в законную силу.

Советы для тех, кому предстоит гражданский процесс

Гражданские дела отличаются огромным разнообразием, бывают простые и очень сложные, которые требуют знания всех тонкостей общего и процессуального законодательства, а также умелого их применения на практике. Желательно в сложных случаях воспользоваться профессиональной помощью, иногда достаточно консультации.

Для более успешного участия в гражданском деле необходимо выработать правильную тактику для ведения судебного процесса. Изучая обзор готовых судебных решений, когда анализируется судебная практика, граждане могут самостоятельно определиться со стратегией для отстаивания собственных интересов в суде. Важно учитывать нюансы, каждое дело индивидуальное, и порядок процессуальных действий в одном случае не может применяться для всех

Судебная практика по гражданским делам

ЧГОО «Правосознание» в рамках проекта «Правовое просвещение и правовая помощь гражданам неправомерно лишенным жилья» изучает и анализирует судебную практику по делам, когда граждане защищают свои права на жилье.

Мы представляем Вашему вниманию так называемые положительные решения Челябинского областного суда по гражданским делам, то есть те решения, вынося которые суд встал на защиту лица, которое могло лишиться своего жилья.

Изучая подобранные решения суда, граждане могут самостоятельно проанализировать тактику, которую необходимо применять при отстаивании своих прав в суде и обратить внимание на обстоятельства, подлежащие доказыванию. При этом стоит учитывать то, что каждое конкретное дело индивидуально и порядок его разрешения не может бесспорно применяться к иным ситуациям.

В представленном сегодня судебном акте идет речь о ситуации, когда договор дарения квартиры признается недействительной сделкой в связи с тем, что совершенная сделка не соответствует признакам договора дарения, поскольку предусматривала встречные обязательства одаряемой по предоставлению дарителю возможности пожизненно проживать в подаренной квартире, а также пожизненной бытовой и материальной помощи; в действительности договор дарения прикрывает собой договор пожизненного содержания с иждивением.

14 января 2014 года Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда рассмотрела в открытом судебном заседании в зале суда в городе Челябинске гражданское дело по апелляционной жалобе Марадудиной Е.П. на решение Саткинского городского суда Челябинской области от 22 октября 2013 года по иску Сальниковой Н.Ф. к Марадудиной Е.П., Сиволап (добрачная фамилия Чухарева) С.Л. о признании договоров дарения недействительными.

Сальникова Н.Ф. обратилась в суд с иском к Марадудиной Е.П., Сиволап СЛ. (добрачная фамилия Чухарева, брак с Сиволап В.Д. зарегистрирован 19 июля 2013 года), с учетом уточнений требований просила признать недействительным договор дарения 2/3 долей в праве собственности в квартире №***, заключенный 22 июля 2010 года между ней и Марадудиной Е.П.; применить последствия недействительности сделки, признав недействительной последующую сделку дарения в отношении указанной доли, признать за ней право собственности.

В обоснование требований указала, что, являясь собственником 2/3 долей в праве собственности в квартире №*** по договору дарения от 22 июля 2010 года, распорядилась указанным имуществом в пользу Марадудиной Е.П., которая в соответствии с устной договоренностью должна была осуществлять за ней необходимый бытовой уход, оказывать материальную помощь в покупке лекарств, продуктов питания, поскольку самостоятельно передвигаться она не могла, нуждалась в постороннем уходе. Она является инвалидом 2 группы, после смерти сына и мужа в 2009 году ее состояние здоровья ухудшилось. Заключая договор да­рения, она заблуждалась, думала, что заключает договор пожизненного содержания. Учитывая характер встречного обязательства со стороны Марадудиной Е.П. — оказание помощи и сохранение за ней пожизненного проживания в квар­тире, просила признать договор дарения недействительным по основаниям ч. 2 ст. 170 ГК РФ, как притворную сделку, совершенную с целью прикрыть договор ренты, а также противоречащим положениям ст. 572 ГК РФ.

Также указывала, что договор дарения квартиры также является недействительными, поскольку был совершен под влиянием заблуждения относительно природы данной сделки, как безвозмездной. Просила признать сделку не­действительной по основаниям, предусмотренным ст. 178 ГК РФ.

Кроме того, просила применить последствия недействительности сделки, признать недействительным последующий договор дарения указанной доли спорной квартиры от 12 октября 2011 года, заключенный между Марадудиной Е.П. и Чухаревой (брачная фамилия Сиволап) С.Л., признать за ней право собственности.

Определением суда от 22 августа 2013 года к участию в деле в качестве соответчика привлечена Сиволап С.Л. (добрачная фамилия Чухарева) (л.д.26).

Ответчик Марадудина Е.П. иск не признала, пояснила, что после смерти сына и мужа Сальниковой Н.Ф., она помогала ей по хозяйству, навещала, покупала продукты. Материальную и бытовую помощь она оказывала добровольно. Никаких соглашений о пожизненном содержании с иждивением между ними при заключении договора дарения не было. Единственным условием договора являлось то, что Сальникова Н.Ф. останется проживать в квартире и будет самостоятельно оплачивать коммунальные платежи. Истец по собственному желанию подарила ей свою долю в квартире. Выселять Сальникову Н.Ф. из квартиры она не намеревалась. В августе 2011 года их отношения с Сальниковой Н.Ф. испортились, последняя выгнала ее, после чего она прекратила свои посещения, распорядилась долей в квартире, заключив договор дарения с дочерью -Чухаревой С.Л. Оснований для признания сделки недействительной не имеется, просила применить срок исковой давности.

Ответчик Сиволап (Чухарева) С.Л. при надлежащем извещении участия в суде не принимала.

Третье лицо Сальников П.Н. исковые требования поддержал, пояснил, что является собственником 1/3 доли в праве собственности в спорной квартире. В мае 2013 года ему на телефон пришло CMC сообщение от Марадудиной Е.П. с предложением выкупить принадлежащую ей долю в спорной квартире. После чего узнал о совершенной сделке договора дарения между Марадудиной Е.П. и Сальниковой Н.Ф.

Представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области в Саткинском районе при надлежащем извещении участия в суде не принимал.

Суд постановил решение, которым удовлетворил исковые требования о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности.

В апелляционной жалобе Марадудина Е.П. просит решение суда отменить, принять новое, которым отказать истцу в удовлетворении исковых требований. Считает, решение суда незаконным и необоснованным, принятым с нарушением норм материального и процессуального права, при неправильном определении обстоятельств, имеющих значения для правильного разрешения дела, несоответствии выводов суда обстоятельствам дела. Суд не вправе был самостоятельно применять последствия недействительности сделки, поскольку договор дарения ничтожным признан не был. Суд вышел за пределы исковых требований, возвратив истцу 2/3 доли в спорной квартире. Полагает ошибочными выводы о возмездной передаче квартиры в ее собственность, так как оказание какой-либо помощи, указание в договоре дарения о сохранении за истцом права пользования жилым помещением, оплата Сальниковой Н.Ф. коммунальных платежей не могут свидетельствовать о возмездности договора дарения. Имеющая место договоренность сторон о несении истцом расходов по коммунальным платежам фактически свидетельствует о заключенном между ними договоре найма, данная обязанность так же предусмотрена ст. 67 ЖК РФ. При оформлении субсидии в Управлении социальной защиты населения Саткинского муниципального района Сальниковой Н.Ф. было известно о совершенной сделке, поскольку она самостоятельно предоставляла правоустанавливающие документы на жилое помещение. В жалобе указывается на необоснованность критической оценки суда показаний свидетеля Кочановой Н.Г., так как не указано каким именно материалам дела противоречат ее показания. То обстоятельство, что истец не узнала свидетеля Качанову Н.Г., никогда ее не видела, не может свидетельствовать о том, что проект договора дарения свидетелем не составлялся. Возраст истца, наличие инвалидности, различных заболеваний, нуждаемость в посторонней помощи, отсутствие иного для проживания жилого помещения не могут являться основаниями для признания договора недействительным. В суде не доказан факт того, что она обещала осуществлять за истцом уход в обмен на заключения договора дарения. Судом необоснованно отказано в применении срока исковой давности. Дата государственной регистрации до­говора дарения от 22 июля 2010 года не может считаться датой начала течения срока исковой давности, также дата подачи искового заявления в суд считается дата его поступления, а не дата отправки согласно почтового штемпеля.

В возражениях на апелляционную жалобу Сальникова Н.Ф. указывает на правомерность выводов суда о притворности сделки, а также о том, что, заключая договор дарения, она заблуждалась относительно природы сделки, считая, что заключает договор пожизненного содержания с иждивением.

Стороны о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции извещены, не явились, причины неявки не сообщили, судебная коллегия на основании ст.ст. 167,327 ГПК РФ признала возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, су­дебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.

В соответствии с требованиями пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Смотрите так же:  Приказ по школе об изменении режима работы

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 22 июля 2010 года между Сальниковой Н.Ф. (даритель) и Марадудиной Е.П. (одаряемая) заключен договор дарения 2/3 доли в праве собственности в квартире №***, по условиям которого даритель передала безвозмездно, а одаряемая приняла в дар указанное выше имущество. Согласно пункта 5 договора даритель сохраняет право проживания и пользования в указанной квартире (л.д.37).

Договор зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области 05 августа 2010 года (л.д.37-38).

12 октября 2011 года Марадудина Е.П. передала безвозмездно в собственность Чухаревой СЛ. 2/3 доли в спорной квартире на основании договора дарения. Пункт 5 договора предусматривает сохранение права проживания и пользования квартирой за Сальниковой Н.Ф. на условиях, предусмотренных ЖК РФ и иными действующими нормативными актами РФ (л.д.36).

В настоящее время в спорной квартире зарегистрирована и проживает Сальникова Н.Ф. (л.д.74).

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что совершенная сторонами сделка не соответствует признакам договора дарения, предусмотренным в статье 572 ГК РФ, поскольку предусматривала встречные обязательства одаряемой Марадудиной Е.П. по предоставлению дарителю Сальниковой Н.Ф. возможности пожизненно проживать в подаренной квартире, а также — пожизненной бытовой и материальной помощи. Договор дарения от 22 июля 2010 года не носит безвозмездный характер, в действительности прикрывает собой договор пожизненного содержания с иждивением. Заключая договор дарения, Сальникова Н.Ф. заблуждалась относительно природы сделки. Заключенный между Сальниковой Н.Ф. и Марадудиной Е.П. договор дарения не направлен на возникновение вытекающих из него правовых последствий, является ничтожной сделкой, срок исковой давности по которой не пропущен.

Судебная коллегия находит правильными выводы суда первой инстанции о наличии оснований для признания сделки дарения 2/3 доли квартиры недействительной по основаниям статьи 178 ГК РФ, как сделки, совершенной под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение.

Согласно ста. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки, либо тождества таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Если сделка признана недействительной, как совершенная под влиянием заблуждения, соответственно применяются правила, предусмотренные п. 2 ст. 167 настоящего Кодекса.

По смыслу приведенной нормы, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Разрешая спор по существу, суд, исследовав договор дарения и обстоятельства его заключения, руководствуясь положениями ст.ст. 178, 572 ГК РФ, пришел к правильному выводу о том, что договор дарения от 22 июля 2010 года является недействительным, поскольку при его заключении Сальникова Н.Ф. находилась под влиянием заблуждения в отношении природы сделки, полагая, что ответчик Марадудина Е.П. будет осуществлять за ней уход и предоставлять содержание, то есть полагала, что совершаемая ею сделка фактически является договором пожизненного содержания с иждивением.

Судом правомерно приняты во внимание возраст дарителя, которой на момент заключения сделки исполнилось 70 лет; признание ответчиком того, что она осуществляла за ней уход. В нарушение состоявшейся договоренности после заключения сделки Марадудина Е.П. уход за дарителем не осуществляет, материально не помогает, права собственника не исполняет, фактически дар не приняла, бремя содержания имущества не несет.

При таких обстоятельствах суд обоснованно пришел к выводу, что Сальниковой Н.Ф. сделка совершалась с той целью, чтобы Марадудина Е.П., осуществляла за ней уход и помогала материально, что ответчик не опровергала, Сальникова Н.Ф. не имела воли на отчуждение ответчику своего единственного жилья на безвозмездной основе.

Факт того, что подлинная внутренняя воля Сальниковой Н.Ф. не соответствует ее внешнему выражению, была направлена лишь на благодарность за получение помощи от Марадудиной Е.П., а не на отчуждение квартиры, подтверждаются показаниями допрошенных свидетелей К.А.А., З.И.В., И.О.А., М.В.П., из показаний которых видно, что Сальникова Н.Ф. не могла себя самостоятельно обслуживать, нуждалась в постороннем уходе. Ответчица Марадудина Е.П. после смерти родственников истца приходила к ней, осуществляла уход, приносила еду, но потом пере­стала оказывать ей помощь, хотя обещала пожизненно помогать ей.

Из медицинских документов (амбулаторной карты) следует, что Сальникова Н.Ф. на момент совершения сделки являлась инвалидом второй группы, в силу имеющихся заболеваний и возраста истец нуждалась в постороннем ухо­де, в связи с чем ее обслуживал социальный работник. Спорная квартира является ее единственным местом жительства, приобретена в собственность незадолго до оспариваемого договора — 05 июля 2010 года. (л.д.72,93-113).

Согласно копиям свидетельств о смерти сын истицы С.В.И.. умер *** года, ее муж С.И.Ф.. умер *** г. (л.д.9,10).

Дав оценку представленным сторонами доказательствам в их совокупности, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что Сальникова Н.Ф. при подписании договора дарения квартиры заблуждалась относительно природы совершаемой сделки, предполагая, что заключает сделку, соответ­ствующую договору пожизненного содержания с иждивением.

При этом судом правомерно принят во внимание возраст и состояние здоровья (инвалидность) истца, наличие у нее различных заболеваний, смерть самых близких людей в короткий период времени, ее нуждаемость в постороннем уходе, а также то, что спорная квартира являлась для нее единственным жильем, право собственности на которую приобретено ею по договору 05 июля 2010 года, а оспариваемый договор дарения зарегистрирован 05 августа 2010 года (л.д.21).

Выводы суда соответствует фактическим обстоятельствам дела, основаны на доказательствах, получивших надлежащую правовую оценку.

Доводы апелляционной жалобы о недоказанности факта введения в заблуждение относительно природы совершаемой сделки Сальниковой Н.Ф. в момент оформления договора дарения квартиры, а также о том, что не доказан факт того, что она обещала осуществлять за истцом уход в обмен на заключения договора дарения направлены на переоценку установленных по делу обстоятельств, для которой оснований не имеется.

При постановлении обжалуемого решения судом исследованы и оценены обстоятельства, которые повлияли на смысловую оценку истцом ситуации, как при заключении договора дарения, так и обстоятельств, предшествующих совершению сделки.

Из показаний истца и допрошенных судом свидетелей следует, что в силу сложившихся обстоятельств она находилась в состоянии психологической нестабильности. Доброе отношение со стороны ответчика, обещание постоянного оказания материальной помощи, общее состояние здоровья и одинокое проживание вызвали ответное эмоциональное состояние истца, результатом которого стало заключение оспариваемой сделки.

Из представленных в материалы дела доказательств усматривается, что волеизъявление истца не соответствовало его действительной воле, она не имела намерения лишать себя права собственности на квартиру при жизни. Заблуждение Сальниковой Н.Ф. имеет место не в отношении мотивов сделки, а именно относительно ее последствий.

Доказательств того, что Марадудина Е.П. после заключения договора да­рения вступила во владение квартирой и исполняла свои обязанности собственника, материалы дела не содержат. Утверждения Марадудиной Е.П. о том, что оплата коммунальных платежей после заключения договора дарения производилась Сальниковой Н.Ф. в силу наличия между ними договора найма жилого помещения, не основаны на письменных доказательствах, поэтому не могут быть приняты во внимание.

Личное участие Сальниковой Н.Ф. при регистрации сделки, наличие ее подписи в договоре достоверно не свидетельствует о намерении подарить квартиру и об отсутствии со стороны Сальниковой Н.Ф. заблуждения относительно природы сделки.

Поскольку волеизъявление Сальниковой Н.Ф. было направлено на заключение договора пожизненного содержания с иждивением, и в силу возраста и состояния здоровья она могла заблуждаться относительно природы сделки, судебная коллегия приходит к выводу об обоснованности удовлетворения исковых требований Сальниковой Н.Ф. о признании договора дарения недействительным по основаниям ст. 178 ГК РФ.

Ссылка ответчика на тот факт, что суд необоснованно отнесся критически к показаниям допрошенного в ходе судебного заседания свидетеля Кочановой Н.Г., о неправильности решения суда не свидетельствует.

Суд первой инстанции в соответствии со ст. 67 ГПК РФ оценил доказательства, полученные из объяснений сторон, показаний свидетелей, представленных сторонами письменных доказательств по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всех имеющихся деле доказательств, установил по делу все необходимые обстоятельства. У судебной коллегии не имеется оснований подвергать сомнению оценку доказательств, произведенную судом первой инстанции.

При правильности окончательных выводов суда о признании недействительным договора дарения от 22 июля 2010 года, судебная коллегия вместе с тем не может согласиться с выводами суда о недействительности договора дарения по основаниям ч. 2 ст. 170 ГК РФ как притворной сделки.

Согласно части 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Недействительной по основанию притворности может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерение одного участника на совершение притворной сделки недостаточно, стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

Марадудина Е.П. распорядилась недвижимым имуществом, подарив его дочери Чухаревой (Сиволап) СЛ., то есть реализовала право собственности по­этому оснований для признания договора дарения притворной сделкой у суда не имелось.

Суд первой инстанции одновременно признал договор дарения от 22 июля 2010 года оспоримым ввиду заблуждения истца, ничтожным притворным, прикрывающим другую возмездную сделку, требования по которым содержат взаимоисключающие правовые и фактические основания иска.

Отказывая в удовлетворении требований Марадудиной Е.П. о применении срока исковой давности, суд указал на ничтожность сделки, и руководствуясь п. 3 ст.181 ГК РФ, пришел к выводу, что трехлетний срок исковой давности не пропущен.

Однако как указано выше, сделка совершена Сальниковой Н.Ф. под влиянием заблуждения и является недействительной по основаниям ст. 178 ГК РФ, то есть является оспоримой. Согласно п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности составляет 1 год, исчисляемый со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. Истечение срока исковой давности в силу п.2 ст. 199 ГК РФ является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Пропуск истцом срока исковой давности не нашел свое подтверждение в ходе исследования судом обстоятельств дела.

Из показаний истицы следует, что о том, что она не является собственником квартиры ей стало известно в июле 2013 года, когда она обратилась за поквартирной карточкой. До этого она не понимала, что собственником квартиры не является, она понимала, что имеет право проживать в квартире, а Марадудина Е.П. будет за ней ухаживать и станет собственником после ее смерти.

Доказательств, опровергающих указанные обстоятельства, материалы дела не содержат. Оснований для применения срока исковой давности не имеется.

Ошибочные мотивы, положенные судом в основание удовлетворения исковых требований, не повлекли вынесение неправильного решения. Суд правомерно удовлетворил исковые требования о признании недействительным договора дарения от 22 июля 2010 года, заключенного между Сальниковой Н.Ф. и Марадудиной Е.П., по основаниям ст. 178 ГК РФ.

В соответствии со ст. 178 Гражданского кодекса РФ при признании сделки недействительной как совершенной под влиянием заблуждения, применяются правила п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса РФ, в соответствии с которым при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Поскольку договор дарения от 22 июля 2010 года признан недействительным, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о применении последствий недействительности последующего договора дарения 2/3 долей в праве собственности в квартире №***, заключенный 12 октября 2011 года между Марадуди­ной Е.П. и Чухаревой (Сиволап) СЛ., прекращении права собственности на долю за Чухаревой (Сиволап) СЛ., возращении 2/3 доли в собственность Сальниковой Н.Ф.

Доводы жалобы о том, что суд вышел за пределы исковых требований, возвратив 2/3 доли в спорной квартире истцу, в то время как ей заявлены требования о признании права собственности не привело к неправильному разрешению спора, поскольку право собственности истца на спорное жилое помещение возникло до заключения договора дарения было зарегистрировано в установленном законом порядке, таким образом, при применении последствий недействительности сделки оснований признавать повторно право собственности не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного постановления, при разрешении спора судом не допущено, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.ст.327-329 ГПК РФ, судебная коллегия

Решение Саткинского городского суда Челябинской области от 22 октября 2013 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Марадудиной Е.П. — без удовлетворения.

Обсуждение закрыто.